Память поэта как культурный феномен
Культурный феномен есть устойчиво-наследуемое жизненное содержание, которое современники принимают от предшественников и считают необходимым передать потомкам. Культурные феномены транслятивны, а не утилитарны, т.е. они не предназначены для сиюминутного употребления как еда и одежда. Они вообще ни для чего не предназначены сейчас! Их смысл — в их хранении. Но странным образом наиболее процветающими оказывается те общества, которые богаты именно культурными феноменами — не природными ресурсами и агрессивной мощью, а именно возвышающими жизнь культурными феноменами. И когда мы возвышаемся над суетливо текущими житейскими задачами к осознанию смысложизненных целей, то жизнь устраивается и странным образом решаются в том числе и текущие задачи. Поэтому наши скромные и скудные усилия направлены на то, чтобы веневская жизнь насыщалась культурными феноменами. Поэтому полное название звучит так:
«Память поэта Туренко как веневский культурный феномен»
Вот, например, веневская Колокольня. Она чудом спаслась от богоборцев. Сейчас все радуются ее восстановлению. А задача в том, чтобы ее сохранить — вне зависимости от необходимости торжественных крестин и викариатских собраний. Она — символ. Дерзко ли сравнение Туренко с Колокольней? Весьма. Но вполне духе Туренко, при жизни написавшего посмертную книгу. Оцените жест: умереть и издать «Здравствуй, я!» Вот его любимое из Мандельштама: «народ который не чтит своих поэтов, заслуживает… Да ничего он не заслуживает». Думаю, Женечка считает наши 10-летние усилия по его памятованию вполне оправданными, но не вполне достаточными для блага своего города.
Итак, с 2014 года сложилась троическая «веневская память поэта Туренко»: церковная, библиотечная и музейная. Мы поминаем Женечку церковно в дни рождения и смерти. И поминаем его на каждой службе в Покровском храме,
Который он поставил непременно
Как рукотворный памятник себе.
Веневские библиотекари за прошедшее десятилетие столько раз собирали ревнителей «памяти поэта Туренко», что пора составить хронику этого культурного феномена с приложением всех буклетов, статей и фотоотчетов. Возможно, в начавшемся втором мемориальном десятилетии к этой, согласен, непушкинской поэтике обратится и веневское учительство, возможно…
Но самая насыщенная третья память — музейная и речь пойдет о женечкиной квартире. Последний #туренкофе случился совершенно поразительный, что было по достоинству оценено на отделении прагматики культуры философского факультета Московского университета. Мы собрались 30.10.2022, по обычаю читали женечкины стихи и вознаграждали каждого чтеца ароматной чашечкой. Все как обычно. Но происходило это у него дома. Мы пришли к нему домой, мы сидели на его стульях и диване, мы варили кофе в его турке и разливали в его чашки, мы разглядывали его книги, картины и цветы. Мы читали его стихи у него дома и самим фактом нашего туда вхождения, самим фактом нашего там нахождения мы превратили в экспонаты все стулья и все книги, всю кухню и все квартиру. Мы вживую музеефицировали все.
«Хокку поэта Туренко как веневский культурный феномен»
Виталий Кальпиди в предисловии к «Предисловию к снегопаду» замечает: «5. Поэтика Туренко однообразна, как верность. Выдавать придуманное косноязычие за изысканность – невелика хитрость. Зачем он это делает?» Сжатый синтаксис возникает в процессе синтаксического сжатия — до восьмистиший в Тагиле и трехстиший в Веневе. Сам «гнутым словом забавлялся» (Тарковский о Мандельштаме) и всех выучеников своих, которые «каждый из нас — его стихотворение», тоже выучил.
Веневские хокку можно лишь медленно читать, но практически невозможно читать вслух. Попробуйте сами. С трудом, однако, поддается декламации это:
Знаешь, что – скоро уже зима
выболит напролет,
станут бесчувственными слова,
и голова пройдет.
Разве так можно кропать следы –
как отомрет земля?…
Если ты будешь со мной – на ты,
я тебе буду – я.
Но не это:
Два безнадежных взгляда
В сумме равны нулю
Или наоборот
Что же с ними делать?
Нужно решить пять задач:
1. собрать, т.к. они в разных сборниках и есть ненапечатанные,
2. сверстать, т.е. датировать и найти порядок расположения,
3. откомментировать как культурную форму,
4. откомментировать еще раз как инокультурную форму,
5. часть перевести на европейские языки и на японский.
Давно надо было это сделать, уже целое десятилетие прошло, и память поэта Туренко стала веневским культурным феноменом. Ну, простите!
Священники тоже люди
Встретишь и не поверишь
Где бы достать электролобзик
О. Георгий Белькинд
Клирик Венёвского викариатства Тульской епархии, президент Образовательного фонда имени Сергея и Евгения Трубецких. Близкий друг последних лет жизни Евгения Туренко.