Литературный онлайн-журнал
Лаборатория

Евгения Либерман. Идейные вдохновители

Наши следы в снегах гор, покуда песенка не спета,
Превращаются в буквы сверхнового Завета.

Александр Непомнящий

Е.Г.

Если так предположить,
тебя и представить невозможно.
Я вижу серый ежиный пиджак,
рыжую плачущую осень на горловине свитера, —
цвет один на двоих ненарочно, —
взгляд пастернаковского Гамлета,
слышу голос Юрия Живаго,
дыхание лисы,
а целостный портрет убегает по рельсам,
оставляет без внимания аллюзии,
контекст,
отдельных поэтесс,
растворяется между Москвой и Петушками.
Это не младенец, а ты,
ты порождаешь на свет букву «ю»,
которая перекатывается карамелькой
или орехом
по ступенькам эскалатора
на Курском вокзале.
Порождаешь слово.
И это не Веничка, а я,
я хочу до тебя доехать,
но в поезде, должно быть, сломался стоп-кран,
а ещё кто-то написал ругательство на другом стекле
или просто развернул рельсы
в сторону Яффы.

вторая реконструкция: почти оконченная

Нико Железниково

должно быть        в прошлой жизни я была
торговкой шампанским
а следовательно        Риббентропом
на меня похоже, я слишком хорошо умею
пить и трепаться
а ещё говорят Геббельс был на четверть
или наполовину еврей

вы не заметили что Маркс похож на
постаревшего Христа?
мой знакомый постоянно читает
                                        по-немецки, коммунистическую
библию, должно быть.
                                                          но всё это так
случайные наблюдения.
глупенькая, наслушалась тех
других
умеющих выстраивать происхождение и проводить
родословную от самих пра(отцов)матерей
и после неудачной июньской попытки
реконструировать себя,
деконструировать себя
довести до яйца до образца до
подобия метеоритной пыли
вновь решила обратиться к генезису.

в чём генезис поэтики Энгельса?
не знаю, не интересуюсь политикой.
почему ваша дочь в цинковом воображаемом гробу
говорила что отдала жизнь за пролетариат
не знаю не интересуюсь поэзией
чем больше мозаичных рваных клиповых гвоздей
вколачивается в головы матерей-героинь
с помощью продуманной политики современного телевидения,



                                        тем СЛАБЕЕ
      ВНУТРЕННИЕ ДУХОВНЫЕ СВЯЗИ
ТЕМ НЕВРОТИЧНЕЕ МЫШЛЕНИЕ ТЕМ МЕНЬШУЮ
РОЛЬ ИГРАЕТ ЗДРАВЫЙ СМЫСЛ
ТЕМ ВОСПРИИМЧИВЕЕ СОЗНАНИЕ
К РАЗНОГО РОДА МАНИПУЛЯЦИЯМ

вот как в этом клипе:
какой-то шарик катается в воздухе
вокруг какого-то ублюдочного конуса
и улыбается как ущербная луна
даже вернее сказать        скалится
кстати конус в воде как скала.

в каком стаканчике шарик?
в каком стаканчике этот грёбаный шарик?!
затрудня-я-яетесь ответить?
так же и со мной:
попинали-попинали извилинки мозга,
потравили-протравили безликими словами
без национальной принадлежности
и вышвырнули на свет безбожный
без веры без остатка мировосприятия.

поиски данного при рождении
происходят через поля заваленные
                                                        всяким хламом:
1. сначала есть иудаизм Тора Галаха Гилель идеология бундизм
2. потом были постмодерн метамодерн больные стихи поэтические вечера идеология социал-демократия
3. потом были конкурсы проза первые верлибры собственный паблик снесла возродила идеология пацифизм
4. потом был роман про концлагерь интерес к еврейской истории Холокост идеология социализм
5. потом был период всплеска нацистских идей дневники Геббельса Россия для русских не забывала кто я на самом деле
6. потом была смута пьяные кошмары абстиненция сочиняла песни сценарий для сериала силлабо-тонические стихи памяти Мнишек идеология коммунизм
7. потом была компания гаражи крыши musical.ly ещё не тикток я типа блогер типа оффник никаких специальных интересов идеология либерализм
8. потом была страшная ссора с матерью на полгода ненависть к слову гладить фэтфобия поломанный телевизор побои тапок в лицо длящаяся идеология консерватизм первое её осознание
9. потом была Якутия первая попытка написать роман о нацменьшинствах
10. потом были танцы бросила музыкалка английский атлетика перестала болеть
11. потом я перешла в новый класс стала изгойски ездить в лагеря не умела дружить
12. потом не кружки а школы больше больше навязчивее
13. потом узнала что я другая
14. потом пошла в первый класс собирала деньги (гелт) ползала под прилавками в магазинах (гешефтн) позорилась
15. потом подбирала с земли палочки от чупа-чупсов хоть в рот не совала как успенсковский мальчик Яша (Яаков)
16. потом научилась читать (лейенен) первая книга путеводитель по бородинской панораме
17. потом научилась говорить (редн)

всё!
утробная пустота, как в мусорном контейнере,
когда его вытряхнули и отправили отходы
на свалку.

пазл сложился, почистили, упорядочили барахло,
Вальжыну Морт перевели,
расставили все точки и прочие
знаки препинания.

реконструкция привела к обретению
робких пониманий,
откуда здесь растут ноги.
и из какого сора, собственно,
я
сама.

Пьяная метелица

Ростиславу Русакову

Всякому человеку нужно куда-то пойти.
Всякому человеку нужно куда-то лечь.
Всякому человеку нужно куда-то пойти.
Всякому человеку нужно куда-то лечь.
А достоевщина – темень, а достоевщина – мрак,
а без Достоевского бог, как известно, дурак.
И не Б-г, БГ это Гребенщиков[1],
кстати, иноагент, сидит на азиатском Парнасе,
ноги спускает со своего туманного Альбиона,
тянет до макаревичевских[2] Голанских высот.
Биз гринен палменлад фун вайсн ланд фун шней.

Откуда пришёл ты, человек,
земля наша велика и обильна,
а ты стучишься в мою дверь
и просишь быть потише,
«мы же спим».
Не отрицаю, я ужасный сосед,
при случае, сдали бы меня погромщикам,
а те бы и кукурузы не спросили,
опасное нынче время для нашего брата.
Даже мифический Б(-)г не слышит:
не то бетон в ушах по моей милости,
не то стеклопакеты,
не то капитан Белый Снег.

А Москва-то, Москва-то, волшебница!
Пушкинской метелью-барышней завертела нас,
иным мозги клейстером погорячей вина залила.
Когда вы ржали, я спала из мужества,
из терпеливости.
И нежный же народ моё окружение!

Всякому человеку нужно куда-то пойти.
Всякому человеку нужно куда-то лечь.
Всякому человеку нужно куда-то пойти.
Всякому человеку нужно куда-то лечь.
Заметает зима, заметает
всё, что было в великой русской литературе
в понимании Рымбу.
И вас заметёт.
А я лежу, наконец, в сугробе,
где написано что-то по-вьетнамски, как возле
нашего института,
а ещё «ам Исраэль хай»,
это уж непременно.

А зима такая, что Достоевский бы плакал.

Четыре ангела шарообразия

Филиппу Мохову

I
Труба – свернувшаяся в бесконечность темнота,
в конце которой катит волны Миссисипи.

II
Пирамиды майя похожи
на изуродованные конусы,
лишённые округлой правильности.

III
На коте замыкается дом,
на его мордочке закругляются ссоры;
тепло кота утешительнее вести архангела.

IV
Мокриц я называла «чяпи».
Несочетаемое сочетание букв,
глупое, как суть мокрицы,
но мягко звучащее.
Мягкой может быть голова младенца,
улитка –
шарообразие их совершенно.

Е.Ц.

«Уберите паука со стены.
Уберите паука со стены.
Уберите, чёрт возьми, паука со стены!
Я же спать не смогу.
Не то, чтобы совсем,
а всё ж таки совсем:
жил да был паук,
шёл, как хиппи и нацбол, по своей земле,
мирный – в городе, чай, весна.
Стыда не знал, герлу защитить, в случае чего, мог,
а всё же, коллеги, в Питере стрёмно.

Неформал что угодно обоснует,
что угодно включит в своё понимание мира,
если ему это приглянётся,
как интеллектуалам – ценителям Рубинштейна –
слово «дискурс».

А наш бронепоезд и ныне там,
выкарабкивается из-за пауков,
из глубин сознания и бессознательного,
водящего иной рукой по бумаге
или ищущего непрактичную мухобойку,
чтобы прихлопнуть паука.
Уберите его со стены, дьявол вас раздери!»

Давайте выстроим отношения с бессознательным:
представим, что это наше дитя,
наше избалованное – и недолюбленное солнце,
играющее в три часа ночи на пианино,
ненавидящее манную кашу и омлет,
напивающееся до потери пульса в тринадцать,
чадо кринжа – кринжечад,
изнанка мультяшной гигачадовости.
Давайте дадим ему базы, основы,
чтобы оно не галлюционировало
и не ловило идиотских пауков на стенах в полубреду.
Разрешим ему писать сумасшедшие стихи,
разрешим ночевать до рассвета у малознакомых ребят,
прочитаем Аристофана, Слуцкого, Гронаса.
Наполним его неизвестно чем: неизведанным,
но сладостным, чтобы
оно благодарно нам мурлыкало
самые чудесные песни.

Слушай, ребёнок,
только ты уже совсем взрослый, сам знаешь:
напиши-ка новый текст.
Небось, теперь спокоен?

А.Ф.

алиса, тебе нужно родить пророка.
Алиса Федосеева

всё существующее меня формировало,
все существующие меня формировали:
Гофштейн, Аронзон, Мандельштам, Шолом-Алейхем,
Керуак, Сенкевич, Молева, Козляков,
даже Ростислав Русаков и Женя Цориева.
эти серёжки и первые признаки шутовства
продала мне поэтесса за 50 рублей,
этот свитер за 1066 рублей я купила,
укрепившись в теле Арлекина,
которого треснул заебавшийся Пьеро.

мужчины не рожают? ха, биологически и социально я дева.
шуты не рожают? только подлинный шут
производит на свет государства и стихи.
«сделай аборт, прошу, не пиши никогда,
твои дети воняют нафталином,
как двухсотлетняя шуба», –
так легко уговаривать тем, кто вышел
из раковины Афродитой, не Паном,
кого обделили дудочкой и кто не воспел
печаль козлоногого… тьфу, расчлените мой язык.
я выплёвываю конвенционально-напыщенный
нафталин девятнадцатого века.
как привычно извиняться за каждую строку,
не найдя путь к собственному голосу.

кто выйдет из меня?
политик, лидер и борец, пророк,
универсальный солдат, Машиах,
очередной текст с сотней религиозных отсылок?
кто
выйдет
из
меня?

кто этот скользкий уродец, закрывающий глаза,
кто этот принц, мой возлюбленный?

кто изнасиловал меня, чтобы я родила его?
почему тянет слушать стихи
в уютные пространства,
где в моё сознание вливается бензин чужих слов?
Анни Эрно писала, кажется, так:
«той ночью я потеряла тело,
которым обладала с юности».

однажды я соберу воедино все маркеры,
приметы времени и три основные темы по Таврову,
запрусь с печеньем, Эрно и токайским,
а через неделю акушер из поэтического журнала закричит:
«она родила, не падайте в обморок!»
его зовут Элимелех, Эли,
Элоhейну ве-Элоhей авотейну.
Ривка, Мария, одушевлённая энергия,
тебе уже некого производить на свет.

06.10-14.12.2023 

дата публикации 23.12.2023


[1] Внесён Минюстом Российской Федерации в реестр иностранных агентов.

[2] Внесён Минюстом Российской Федерации в реестр иностранных агентов.

Евгения Либерман

Евгения Либерман

Поэтесса, прозаик, переводчица с идиша. Настоящее имя Евгения Александровна Грауль. Родилась в 2005 году в Подольске (Московская область). Студентка ГосИРЯ им. А.С. Пушкина. Публиковалась в журналах «Художественное слово», «Нате», «Дактиль», ROAR. Стихотворения переведены на английский язык. Живёт в Москве.