Литературный онлайн-журнал
Лаборатория

Некоторые способы распоряжения моим т. н. сердцем

НОВЫЕ СЕКРЕТЫ ДЛЯ ЛЮБИМЫХ ЛЮДЕЙ

1. Так и не вникла в смешное любовьсмерть, но киваю кукольно, когда её кукольный взгляд встречает мой.
        у них за стеклом был сад, с ними говорить бесполезно

1 с половиной. Это, наверно, как время на циферблате, даже стыдно. 2. Мне показалось, ты постарел. Слишком резко вышла на свет.

.
Нигде и все. 3. Кто-то по наследству передал мне сны: асфиксия, мокрые простыни, слишком много зубов во рту, лицо незнакомца в зеркале, человечий лай, открытый люк, милое свидание, прыжок с многоэтажного здания, насекомое под одеялом, странные любовники, ипохондрия, 3 с хвостиком. моя мечта, фатальное нападение, смерть в воде.
Моносценарий.
        4. когда я плачу, я похожа на маму
                никакая музыка не играет

                                        .
2 на ниточке. Если ты постареешь, а мне не покажется, я сделаю так, чтобы ты ничего не узнал: мой взгляд не изменится, зеркал больше нигде не будет, все станут лжецами (какими всегда и были).

                •
5. На небе больше не было ни луны, но мы можем повыть друг другу в пасть и уснуть.

Если бы меня спросили, оказалось бы, все мои органы мигрируют, не только матка. У меня там, где сердце — легкие-шатры, в которые я курю. Когда я смеюсь, скелеты всех разбившихся канатоходцев (некоторые из них писали стихи, молитвы использовали как считалки) глухо гремят.

ПРАВОЕ КЛАДБИЩЕ КАНАТОХОДЦЕВ

Что ты один
пил из моей груди
«все молоко человеческой нежности»
К. П.

путник, мы здесь костьми полегли
ради твоего смеха и страха
помни, мы скучаем         когда нас топчут нам больно

путник, ты не ступал по небу,
не прятался от убийцы в тумане,
не рвал коконы бабочек (мы думали, они задыхаются),

но глаза устремляя вниз, читаешь,
«не гости, убаюкает»

завтра к заре долетишь до манежа
с первым «мама»

кормящаяся ворона улыбнется

ЛЕВОЕ КЛАДБИЩЕ КАНАТОХОДЦЕВ

Любимая проделка эквилибристов — связать шнурки безответно влюбленных канатоходцев.

добрый путник, мы раздеты до костей
из-за твоего смеха и твоего страха
помни, мы скучаем по боли         когда нас топчут

путник, ты не пересек ни неба,
не скрыл ни тумана от убийцы,
не разорвал ни кокона (баю-бай),

но глядя вниз читаешь, «мы дома»

на рассвете ближе к манежу
«мама» снова

скорми вороне улыбку

НЕКОТОРЫЕ СПОСОБЫ РАСПОРЯЖЕНИЯ МОИМ т. н. СЕРДЦЕМ

жонглирование скользким сердцем
после неустанного поливания его водой
если ты жонглёр, я жонглёрка
меня не пускают в цирк

поедание сердца под алтарём
в окружении гостей, заморенных голодом
они расскажут другим, «там жрали сердце&
сердце, которое она взяла в долг»
они скажут, «теперь мы видели, любовь —
чревоугодие перед голодным обмороком»

демонстрация фокусов закончится трюком,
смертельным номером, выстрелом, тобой,
и моё трёхтонное се рд ц е не подойдет для
толкования сновидений, коллекционирования,
выбора имени пупсу (оно знает мало имён),
фаер-шоу, хранения в банке

ономо ёполиа морное сердце будет
как «я увидела, где сходятся умирание и любовь»,
как сочувствующие глазницы,
как кувырок в море, как курок,
пакет с молоком под платьем Изабель Аджани,
оторванная голова манекенки у Берлинской стены

это не сердце — это карикатура
пропавшей без вести
это вопиющее недоразумение
лопнет в красивых руках

(•́⍜•̀)†

вместо отрезанных от дубленки пуговиц на глаза
и цветочных семян по периметру тела
аквагримом со дня рождения
напиши на моём лице слова

твоим почерком поэма уместится на щеках,
по стиху         на висках,
на лбу         самое длинное предложение твоей прозы;
распишись на губах, на веках поставь по точке,
тогда у меня будет всё на лице написано,
как у ху*вой актрисы         как у лучшей из клоунок

поужинав с Пеньо и Батаем,
разделив восхищение русской революцией,
я тоже окажусь голая и заблюю
«могилу» де Сада от кинетоза и ради шутки

а впрочем, как сильно я пожалею,
если упрошу написать на могильном камне
НЕ НАДО МЕНЯ ВОСКРЕШАТЬ
никто не поймёт этой шутки?

поэтому на всякий случай в очередной раз
в своей манере спрашиваю, лишь бы спросить:
Куда ацефал девает конфеты с кладбища,
если у него нет ни головы, ни карманов? 

Дата публикации: 15.05.2024

Милена Степанян

Милена Степанян

Поэтка, переводчица. Родилась в 2001 году в Московской области. Учится на филологическом факультете РГГУ. Публиковалась в журналах Feminist Orgy Mafia, «Флаги», «Всеализм», «Пеликан», в веб-зине «Хрупкость», переводила стихотворения для англоязычного номера альманаха [Транслит]. Живёт в Москве.