Ничего не подозревая, они смело открыли дверь и были крайне удивлены тем, что на пол стали падать стулья.
О. И. Скороходова
1.
Через пол и скамейку играют «Интернационал»
ты машешь рукой в такт
безошибочно попадая
для провала идеи не нужен слух и не нужно видеть
она выдыхается как пружина, когда достигнет нижней площадки лестничной
как шар, который катят по полу в соседней комнате
находит угол и больше не ищет
но если поймать чью-то руку, если сесть рядом с играющим
(группа деревянные духовые
девятый этаж основного здания)
можно понять, когда он смеётся даже ночью
ночь — это выдумка, кто-то так пошутил
это луна обжигает тебя как сосуд из глины
это от солнца никто не ходит по комнате
и так мало машин проезжает мимо окна
из-под ног убегает пол, когда кто-то дёргает ручку двери
инстинктивно можно сказать — это я
вопрос не задан и все вокруг печатают каждое слово в землю
от клавиш в землю ужасно близко
2.
в кочегарке стучал истопник
я не могу уснуть
стучи, кочегар, стучи
в мою волновую суть
в мою неземную блажь
я слышу как ты стучишь
как пол подо мной дрожит
как ходит кровать ходуном
как стёкла поют-поют
я слышу спиной и под
остовом, пустотой
меж половой доской
между кроватным дном
балками, что в полу
встречами на углу
3.
борьба до падения на пол
помощь до рук, обваренных в кипятке
до рассыпанных по полу книг
от топота кружится голова
приходящие отвлекают и всё молчит
в тишине нахожу опять
слова да слова, а мне и не надо слов
я понимаю, как можно злиться
по венке в шее, по горячей руке
по тому, как вздрогнет
вместе с твоей, готовой заплакать, губой
вся комната-колокол
по улице за окном прокатится валуном
ветер перед грозой
я тебя обниму, и первая капля
упадёт на мои ладони
4.
шаги раздваиваются на незавязанные шнурки
и пристукивание каблуками
но кто-то внешний присвоил святость
и здесь раздражают другие туфли, неуверенный шаг
резкий звук, пушки похорон батюшки Ленина
неприятные голоса
сказать бы им, остальным представителям человека
пусть держат руку у своего горла в то время,
когда они говорят
Проснись, кто-то заходит в комнату
Проснись, кто-то заходит в комнату
Проснись, в комнату кто-то зашёл
вместе заключения
(когда гроза)
приходит гром, я прикасаюсь к стеклу
руку придавит сильное существо
дай мне на тебя опереться
мне кажется, ты где-то совсем рядом
ты ближе мне, чем те, кто ходят по комнате
я чувствую, как ты ласкаешься и мурчишь
выбираясь за кромку льда,
меня покрывает разрозненная вода и перья ветра
тогда ты уходишь, волнительный великан
мягкий котобус, Тоторо, Грохх, хранитель леса
на твоих плечах преодолимы пространства
ты шагаешь вдоль горных хребтов
геометрических идеалов
перевёрнутых молний, застывающих навсегда
и в солнечный день, ликующие лучи по плечам моим
проскользнут, по лбу, по рукам
о тебе вспоминаю, чувствуя трещину в безграничном небе
аппликацию в виде последней прямоугольной тучи
и вкус галактически-белый на языке
Маша Ежова
Поэтка, критикесса, религиоведка, артистка и преподавательница. Аспирантка кафедры философии и религиоведения ПСТГУ, ассистентка кафедры истории философии РУДН, со-организаторка Чемпионата поэзии им. Маяковского в Москве. Родилась в 1996 году в Москве. Публиковалась в журналах «НАТЕ», «rosamundi», «журнал на коленке», на портале «полутона» и др.