От автора
В моем тексте слепоглухота — прежде всего, слепоглухота травматическая, если шире: «дотравматическая», травматическая и посттравматическая. Я попыталась посмотреть на то, как человек, находящийся в состоянии почти-что-небытия невинности, оказывающейся «блаженной» слепоглухотой, сначала предчувствует «катастрофу», а затем переживает ее. Диссоциация, как защитный механизм, смазывает конкретные детали, оставляя только подсознательные реакции тела и размытые ассоциации. Травма превращается в молнию и гром, которые один за другим вырывают человека из осознанного комфорта «наивной» слепоглухоты и погружают в новую, посттравматическую — после «катастрофы» света и звука остается только писк в ушах и ощущение бесконечно-холодной потерянности, одиночества.
Самое драгоценное, что есть в этом тексте для меня: то, что его можно читать как с начала, так и с конца. Если привычное прочтение — история травмы и пропажи чувствительности, следующей за ней, то обратное — разговор о попытке излечения, начинающийся с перепроживания травмы, почти что «вскрытия раны», и переходящий — через осознание остающихся в теле, наученных «катастрофой» реакций, к «избранию» слепоглухоты как осознанного доверия миру и знания о спокойствии.
lightning to thunder
1/4
ground control to major tom
здравствуй и знай
о последних днях перед майской жарой
и о первых разбавленных солнцем объятьях
и о том как бросают кольца в пруды
обещая любить так что числа растают
о тебе здесь хрустят крахмалом рубахи
загораются красным и синим кривые флагштоки
мы не слышим но знаем не видим но знаем
это избранная наивность это мысль о звуке
это знание о свете и вибрация понимания
пока наши щеки краснеют от подушек
и губы оставляют следы на любимых плечах
мы знаем что шелестит за окном мы говорим
это канатник теофраста (abutílon theophrásti)
это линнея северная (naéa boreális)
это платан (platanus)
amicus Plato amicus omnium
2/3
знаем о покое но порой электрические заряды
холодят кончики пальцев
знаем о покое но порой электрические заряды
бьют прямо под колени
знаем о покое но порой электрические заряды
заставляют вывернуть шею
больший свет разрезает свет слепоты
рождая молнию еще не крещенную среди нас
разлепляя веки жизнь превращается в ожидание
в наблюдение за шаровыми духами в темных углах
приметы приобретают форму заставляют помнить
мы не одни и в наших руках чужие руки
3/2
и все обрывается ранним громом
раскатистым прерванным сном
в разрушающем звуке распадаются лица
и руки хватают тебя за руки за ноги за крылья
обрекая на бесконечное четвертование
цепями приковывают к четырем хвостам четырех чертей
гроза не за тобой гроза в твоем доме и карает звуком
перекатываются камни — боль играет костяшками
видишь и слышишь кровь не зная породы металла
4/1
major tom to ground control
знай и помни
слишком долго простоишь под дождем — вольешься в дождь
так шестикрылые звезды становятся темнотой
так планетарные пенья становятся писком в ушах
в жестяной банке душно и ничего хватает за руки
я ослаб глазами и затерялся за звуковыми волнами
нет эха но откликается запах гари
неизвестный такому холоду
Саша Лысенко
Поэтка, переводчица. Родилась в 2006 году в Омске. Учится на филологическом факультете. Переводы публиковались в журнале «Флаги». Живёт в Москве.