Здесь сбились в стаю
ослепшие сосны
вплотную к отвесной скале
неудобной для лаза
пальцев, копыт, корневин
Прижались, толкутся, дрожат
опасаясь уйти в вольный лес
как будто их сиблинги
с каплями зрячей смолы на гибких хватах
раздавят и скрутят и разорвут
как будто бы втопчут в тугой настил
Ты не знаешь, как сосны ослепли
и никто не знает — или не помнит
Мы приходим сюда
еле двигая пальцами
оглушённые после ночей охоты —
в час, когда зрачок всеохватного глаза
и тот боится коснуться
крон, дрожащих от ража
и налившихся кровью почек
боится баюкать полог, чтоб ненароком
не заглянуть в купы снов —
где конца нет жестокости и блаженству
Но ослепшие сосны
не замечают нас
А мы в изнуренье не слышим
о чём поют нутряные токи
пока страхом сочится кора —
сладким, липким
Подстилка ржавых иголок
покалывает живот
Кусочки сухих насекомых
забиваются в шерсть
Но ты рядом
и ярость большого глаза
рассеяна — мы невидимы и для него
сквозь странно молчащие кроны
Никого нет из наших, кто помнит четыре
сезона охоты в вольном лесу
Для тебя это лето третье —
а я пережил уже три
Никого нет из наших, кто знает об этом месте
будто лучше держаться за то, что опасно, но ясно
И смотреть открыто, как из тьмы наползает
рой смоляных зрачков
Я делюсь с тобой логовом сосен
боязливых, бездвижных
Я делюсь с тобой ранами тела
и памятью пальцев
Я не знаю, забуду ли все
сезоны охоты
если просто останусь
в тенистой глуши
Приходи сюда чаще
Приходи сюда, пока можешь
Обещаешь мне?
Что? Мне не слышно…
Пообещай
Вот останусь и всё забуду
Вот останусь, а ты напомнишь
как неслись из последних сил
и ревела орава сзади
как вбежали под свод
растянулись, упали
как лакали покой
сухим языком
И то, что считали сухими жуками
оказалось отмершими глазами —
слепота приходит затем, чтоб спрятать
слепота приходит, как только захочешь
никому не подвластна
навсегда, как отдых
и неслышным окутана
молоком
Сергей Трафедлюк
Поэт, прозаик. Родился в 1986 году в Севастополе. Публиковался в журналах «Волга», «Знамя», TextOnly, «Дактиль», на портале «полутона» и др.