Предзвучие/отзвук
М.: POETICA, 2024
Чтение произведений Наташи Игнатьевой сопровождается у меня неизменным чувством, которое можно сравнить с запахом озона, головокружением, акварельной расплывчатостью или с чем-то, что выходит за рамки привычного течения суток, например, с белыми ночами. Стремясь хоть как-то выразить это неуловимое, но телесно переживаемое наваждение, я написал к подборке стихов Наташи такой комментарий: «зрение поэтессы направлено не на событие или внешний мир, не на личное отношение, а на что-то между всем этим: на прозрачную плёнку, выходящую за рамки противоположностей, на “мембрану начала про-говорения”, дающую место бытию, на мост, по которому перемещаются явления во внутренний мир». Прочитав «Предзвучие/отзвук», образ прозрачной «мембраны»-моста остался, но потребовал нового витка размышлений.
Несомненно важную роль в творчестве Наташи Игнатьевой играет музыка, мне она видится способом ритмической организации и композиции стихотворения/книги/творческого мира. Структурой, которая удерживает изменчивые пространства произведений и сплетает разнородные образы, наблюдения, случайные события. Например, в стихотворении «ключ лежащий…» можно уловить ритм хаотичного взгляда и движения героя, который предчувствует «рембрантовского старика» (почти «чёрного человека»). Концовка стихотворения для меня о том, что заблудившийся в деталях взгляд, как и человек, может не вернуться (не попасть) домой, поскольку и дом такой же бездомный («на дом посмотришь / как на дворнягу / бегущую через дорогу»).
Мотив «бездомности» — один из главных в книге, и музыкальная организация, возможно, нужна для того, чтобы проявить номадизм героев и мира:
мы здесь не первый год
говорят усмехаясь бомжи на чистых
что же и мы научились
угадывать по губам
беспомощность и бессловесность
под широколистной дремой
(«московское лето»)
В образе «бомжей» угадываются странники, хранящие тайну невозможного языка, спасающего от бездомности-безосновности мира («кто кого обездомил / люди город город людей / никогда не узнать»). Такие былинные странники, знающие все языки, кроме языка смерти, появляются и во второй части «симфонии»:
мы пришли
из далёкого королевства
промысел наш все языки
знаем речь
львов орлов куропаток
рогатых оленей
молчаливых рыб
В стихотворениях Наташи много сказочных образов (репка, мальчик-с-пальчик, князь Гвидон, Кай и др.), сказочных оборотов («три тысячи тридцать лет / и три года» и др.) и превращений («превращаются в птицу / в собаку зайца корову», «перестаёшь чувствовать своё тело / кожа становится чужой становится чешуёй» и т.д.). Соединяя сказочное и повседневное, поэтесса, на мой взгляд, стремится выразить предчувствие чуда, что способно вспыхнуть в любой момент, а может, отыскать-построить первоначальный (древне-детский) язык, где каждое событие встраивается в общую мифическую вязь («новое время времени / начинается строительством / заглавной буквы»). Первоначальный язык в стихах Игнатьевой строится и с помощью вплетения в ткань текста разных языков, а также благодаря нахождению фонетических созвучий (snow — снова). Так воспринимает иностранные языки ребенок:
потрясенно распахнутых
eyes
шепотом
ай
с-с-с
«Детское» восприятие охватывает не только фонетику, но и графику: «иероглиф любовь / как дом где крыша подперта балкой». Так возникает «между-речь»: иностранные слова для поэтессы — номады, остающиеся в пределах своего значения и переходящие через его границу, добавляя ветви в раскидистое дерево ассоциаций — в языковое-поэтическое единство.
Собирая все эти наблюдения в одно целое, можно попробовать дать ответ на загадку «мембраны […] про-говорения». Проиллюстрирую его словами самой поэтессы:
ребенок рядом
всеслышно читает сказку
загляни в его книжку
там другие слова
Произведения Наташи Игнатьевой, действительно, «всеслышные»: и для детей, и для взрослых, и для музыкантов, поэтов, философов, филологов, созерцателей. Магия этих стихов в том, что они вплетают в себя множество граней, превращений и ускользаний окружающего мира, не переходя в хаос или каталогизацию, а оставаясь в «междуречье» — на кромке всех языков, в их прозрачном живом истоке.
Дата публикации: 25.08.2025
Валерий Горюнов
Поэт, педагог, основатель и соредактор журнала «Всеализм». Родился в 1994 году в Евпатории. Окончил Таганрогский педагогический институт им. А. П. Чехова. Публиковался в журналах интернет-изданиях «Дактиль», «Формаслов», на порталах «полутона», «Солонеба» и др. Лонг-лист Премии Аркадия Драгомощенко (2021). Живёт в Краснодаре.